пятница, 12 октября 2012 г.

В роддоме после родов.

           Начало тут. Марианну отнесли в детское отделение, а меня перекатили на каталку и отвезли в палату интенсивной терапии. Туда же пришел Женя, начал меня целовать и гладить по рукам, которые не переставали трястись. Потом мы расстались до выписки - 19-го сентября. У меня пришла эйфория - я начала всем звонить и писать, руки-то были не под наркозом. Наркоз пока не отошел, и боли не чувствовалось. В то же время у меня было какое-то чувство неудовлетворенности - вроде бы мысленно все 9 месяцев готовилась к этому дню, как к экзамену. А вот уже и ребенок есть, и живота нет, а испытание, о котором столько разговоров, так и не наступило. Как будто этот экзамен сдали за меня. 

      Где-то через час пришла педиатр Ирина Леонидовна и приложила мне дочь к груди. Господи, как грубо все врачи мнут сиськи, бррр!!!  Потом я то засыпала, то просыпалась. Я вся была в капельницах-катетерах. Мы разговорились с моей соседкой по палате Яной. Она лежала тут уже вторые сутки. У нее, насколько я помню, отслоилась плацента, пошло кровотечение прямо в консультации, и ей делали кесарево на 7-м месяце. Сын в реанимации, она была под полным наркозом и даже не видела его. Сказала, что ей придется провести в роддоме еще много времени, пока сына не выпишут. После я с ней встретилась. Меня уже выписывали, а ее только перевели в общее отделение. 
             Вечером меня перевезли из палаты интенсивной терапии к остальным роженицам. Мне повезло, потому что досталась одиночная палата. Другие  девушки содержались в палатах по 3-4 человека! Когда меня везли, было уже больно подпрыгивать на стыках и порогах, так как проходило действие наркоза. Вечером привезли запеленутую Марианну. Я провела с ней время, приложив ее груди. Правда она, докормленная, спала, но грудь взяла. Сама я есть не очень хотела, да мне и нельзя было кушать твердую пищу до определенного момента. Только пить воду, кефир, бульон. Разболелся шов, но после уколов обезболивающего становилось легче. И все равно это не та дикая боль, какую я "ожидала" от родов.
           На следующий день, через сутки после операции, я встала и, держась за стенку, поползла в родовое отделение. Меня преследовала единственная мысль и цель - наладить грудное вскармливание. Я много от кого слышала: "Меня кесарили, и молоко не пришло". Или что оно может прийти чуть ли не на 9-й день после родов (кто рожает сам - приходит день на третий). Я позвонила Кате с курсов, она  посоветовала стимулировать грудь молокоотсосом. Но я решила разрабатывать грудь малышкой, раз есть такая возможность, что мне ее приносят. 
           В детском отделении мне не отказались ее отдавать. Мы договорились, что ее привезут мне сейчас, и с этого момента будут делать так каждые три часа. Было достаточно тяжело войти с ней в контакт, потому что ее привозили накормленной и спящей. Рот она открывала, грудь брала и дальше спала. Я ее тормошила, и только тогда Марьяша начинала более-менее работать. 
           Ко мне приходили через полчаса-час, а я снова и снова просила прийти попозже, говорила: "Вот она только начала сосать". Слава Богу, никто ребенка не отбирал, мы просто договаривались, что я сама ее привезу обратно, и все. Правда, в последний раз, когда она провисела у меня на груди с двенадцати до полвторого ночи,  санитарка сама пришла и отругала меня, что не надо так долго позволять ребенку быть на груди, а то "она уже не сосет, а использует меня, как соску".
            На следующий день ко мне подошла Елена Владимировна Бобрышева, мой врач-акушер. Мы с ней разговорились о грудном вскармливании, и она пообещала мне, что ребенка будут привозить мне голодной, а после докармливать. Пришла педиатр Ирина Леонидовна, сказала "Я смотрю, ты тут уже бурную деятельность развела". 
         Поделюсь впечатлением, что наладить это пресловутое ГВ оказалось сложнее, чем перенести операцию и отходняки от нее. Боль от шва прошла на третий день, молоко пришло тогда же, как у всех. Но было очень больно, когда дочь смыкала свои десна на моих сосках. Я ревела в три ручья, ругалась на Машу, Маша тоже ревела, я звонила Жене и жаловалась. Еще, видимо, пришла та самая послеродовая депрессия. Я прочитала статью о том, что надо делать при кесаревом сечении с грудным вскармливанием. Оказалось, что все я неправильно сделала. А там такие ужасы были расписаны, что докормленный ребенок никогда уже правильно не приложится, что надо было грудью вставать за то, чтобы докорма не случилось, и приложить его после рождения надо было на час (!). Тут мне совсем грустно стало. Я подумала, что во всем сама виновата. И ладно потерпеть боль недолго, но ведь Маша ест каждые 2-3 часа по 40-60, а то и больше, минут, и получается, что это длится круглые сутки непрерывно. Я представила себе, что мне предстоит так мучаться каждый день еще целый год, и мне становилось безумно жалко себя!!! Меня успокаивали, что с непривычки всем больно, что скоро грудь огрубеет и будет легче. 
         (Стало легче через несколько дней дома, когда я во-первых, в 10-й раз пересмотрела статьи, как прикладывать ребенка к груди, во-вторых, с 10-20-й попытки приучила Машу саму правильно прикладываться (груднички реально могут приучиться, переучиться или запоминать такие вещи), ведь соску она сосала по-другому, в-третьих, начала нормально питаться и молока стало много. Совет будущим мамам - не забывайте поесть! Как только я это сделала, Марьяша перестала висеть у меня груди часами, стала относительно быстро наедаться (20-40 минут) и нормально спать, а не капризничать и просить грудь еще)
         На следующий день Марианну отдали мне насовсем. Вот мои впечатления после первого дня, набросала на айпаде ночью:
      "Хороший сегодня денек - утихла боль в швах, пришло молоко (на 3- й день после кесарева, это очень хорошо!!!), принесли мелкую ко мне насовсем. Но и забот, конечно, прибавилось! Пока она спала, все было очень мило - я ее нафоткала, натискала и нацеловала. Потом я ее растолкала, чтобы накормить, а то у меня мог бы быть застой молока. Мы кормились часа три, наверное. Мне было немного больновато, а в позе лежа я почти уснула рядом с ней. Она тоже вроде бы прикемарила. Я такая решаю: ща заснет, и я как раз часок посплю. Фиг там был!!! В ближайшие 2 часа я поняла, что себе уже не принадлежу. Она так и не уснула, пока я ее в 9 вечера не покормила еще раз. 
       Женечка как раз приехал к этому моменту, и, стоя под окном, сказал на мои жалобы, что я дуреха (только вот зачем так громко кричать об этом под окнами?) и что радоваться надо, что у нас такая любящая и теперь уже полноценная семья. Немного поднял мне настроение. Завтра у нас свидание, жду не дождусь его!!! Поняла, как безумно скучаю по нему и люблю своего мужчину, от которого у меня теперь есть ребенок. После я чуть успокоилась и решила подстраиваться под Марианну. Как она заснула, я сразу легла спать и буду делать так все время. А вообще Марьяша няшка - очень мило насасывает кулачек, если ей удается чуть ослабить пеленки (а ей удается, потому у мамаши опыт пеленания еще никакой), даже сосет его вместе с пеленкой"
         Я немного волновалась перед первой ночью с Марьяшей. Думала, она будет бессонной. Но, оказалось, малышка по ночам хорошо спит и всего пару раз просыпается. Мелкая спокойна ночами и до сих пор. Правда, я все-таки не высыпалась, потому что будили меня в шесть утра медперсонал со своими анализами, уборщицы и так далее.         
        Бобрышева устроила нам с Женей свидание - он приехал специально вечером, ему дали халат, типа он медперсонал. Мы побыли с ним всего полчасика, но это время дало мне много сил, чтобы дождаться выписки

Комментариев нет:

Отправить комментарий